вы скоро придете в себя. Не говорите ни слова, пока окончательно не
придете в себя. Подождите. Не спешите открывать глаза и лежите спокойно. Сейчас дурнота пройдет. Глотните еще воды или
бренди. Это именно то, что вам нужно. Ведь правда, Бандл, немного бренди...
- Ради Бога, Билл, оставь ты ее в покое, - сердито оборвала его Бандл, - Сейчас она придет в себя. Недрогнувшей рукой
Бандл выплеснула графине в лицо стакан холодной воды. Графиня вздрогнула и села, мгновенно очнувшись.
- Что со мной? - прошептала она.
- Подождите, - снова забубнил Билл. - Ничего не говорите, пока не почувствуете себя лучше.
Графиня запахнула свой весьма прозрачный пеньюар.
- Мне лучше, мне гораздо лучше, - произнесла она и огляделась.
Возможно, она заметила неприязнь на склоненных к ней лицах. Во всяком случае, она повернулась к Биллу, чье лицо
выражало совсем иные чувства.
- О, мой большой англичанин, - ласково проговорила она. - Не тревожьтесь, со мной все в порядке.
- Вы уверены? - взволнованно переспросил Билл.
- Абсолютно, - с улыбкой подтвердила графиня. - У нас, венгров, стальные нервы.
Билл облегченно вздохнул.., тут же на лице у него появилось ужасно глупое выражение, отчего Бандл захотелось пнуть
его ногой.
- Выпейте воды, - холодно посоветовала она, Но от воды графиня отказалась. Джимми, по-видимому, не смог остаться
равнодушным к пострадавшей красавице и предложил ей коктейль. Его графиня выпила с удовольствием. Затем она снова
огляделась, на сей раз с явным интересом.
- Скорее расскажите, что здесь произошло, - потребовала она.
- А мы-то думали, что это вы нам что-нибудь расскажете, - улыбнулся инспектор.
Графиня пристально на него взглянула. Будто только сейчас заметила этого рослого невозмутимого мужчину.
- Я заходила в вашу комнату, - сказала Бандл. - Вас там не было, да и постель была не тронута... - Бандл замолчала и
вопросительно посмотрела на графиню.
Та закрыла глаза и медленно кивнула:
- Да-да, теперь вспоминаю. О, это было так ужасно! - Она вздрогнула. - Вы хотите, чтобы я вам все рассказала?
- Если нетрудно, - попросил инспектор. А Билл поспешил добавить:
- Если вы еще неважно себя чувствуете, то не стоит.
Графиня переводила взгляд с одного на другого, но подчинилась спокойной, властной просьбе инспектора Баттла.
- Я никак не могла заснуть, - начала она. - Этот дом.., он угнетал меня. Я чувствовала себя ужасно, как у вас говорят, не в
своей тарелке. Я знаю, в таком состоянии бесполезно ложиться в кровать. Я походила по комнате, попробовала читать, но
книги мне попались очень скучные. Я решила спуститься в библиотеку и поискать что-нибудь более подходящее.
- Я вас понимаю, - сказал Билл.
- Полагаю, многие сделали бы то же самое, - заметил Баттл.
- Ну вот. Я вышла из комнаты и стала спускаться вниз. В доме было так тихо...
- Простите, - прервал ее инспектор, - не можете ли вы хотя бы приблизительно назвать время, когда вы вышли?
- Я не привыкла следить за временем, - высокомерно заметила графиня и продолжила свой рассказ:
- В доме было так тихо, что можно было бы услышать, как мышь пробежит, если, конечно, они здесь водятся. Я шла
очень осторожно.
- Осторожно?
- Естественно, зачем же тревожить обитателей дома, - немного обиженно ответила графиня. - Я вошла сюда и стала
просматривать полки, чтобы подобрать подходящую книгу.
- Конечно, предварительно включив свет?
- Нет, свет я не включала. У меня с собой был карманный фонарик, этого мне было достаточно.
- Ну, понятно, - как бы про себя пробурчал инспектор Баттл.
- И вдруг, - с театральной интонацией воскликнула графиня, - я услышала чьи-то приглушенные шаги. Я выключила
фонарик и прислушалась. Шаги приближались, крадущиеся, жуткие шаги. Я спряталась за ширмой, а в