и раскаяться в своих прегрешениях.
- Раскаяться?
- Вот именно. Вообразите, Лемуан, что это вы - король Виктор, ну, пофантазируйте немножко. Вас только что выпустили
из тюрьмы, годы уходят, авантюрная жизнь уже несколько поутратила свою привлекательность. К тому же, вы встретили
красивую девушку, подумываете о женитьбе и хотите поселиться где-нибудь в деревне, выращивать кабачки и вести жизнь
безупречного человека. Ну, представьте! Неужели король Виктор не мог бы испытывать что-нибудь подобное!
- Навряд ли такое могло бы случиться со мной, - саркастически ответствовал Лемуан.
- Возможно, вам такие чувства показались бы странными, - согласился Энтони, - но вы ведь все-таки не король Виктор и
не можете знать определенно его подлинные чувства.
- Но все, что вы утверждаете, - чистейшая чушь! - Француз захлебнулся от негодования.
- Вовсе нет, все далеко не так просто. Послушайте, Лемуан, даже если я - король Виктор, что конкретно вы имеете против
меня? Помните, ведь о моем прошлом вы так и не смогли раздобыть настоящих улик. Свое я отсидел, и с этим ничего не
поделаешь. Не сомневаюсь, вы могли бы арествать меня по какой-нибудь статье вашего Кодекса, соответствующей у нас
"бродяжничеству с преступными намерениями", но этим вы бы не удовлетворились. Я не прав?
- Но вы забываете об Америке! - сказал Лемуан. - Это дело о вымогательстве денег самозванцем, выдававшем себя за
князя Николая Оболовича.
- Не то, Лемуан, - ответил Энтони. - В то время ноги моей там не было, и я могу это легко доказать. И если тогда в
Америке именно король Виктор выдавал себя за этого князя, то я никак уж не могу им быть. А вы абсолютно уверены, что
князь был самозванный, а не настоящий?
Неожиданно в разговор вмешался инспектор Баттл:
- Мистер Кейд, я могу подтвердить, что князь действительно был подставной.
- С вами я не могу спорить, Баттл, - сказал Энтони, - вам свойственно почему-то всегда оказываться правым. Вы также
уверены, что настоящий князь Николай погиб в Конго?
- В этом я бы не присягнул, сэр, но таково общее мнение. - Баттл с любопытством разглядывал Энтони.
- Видно, что вы очень осторожны. Ведь ваш девиз - "не лишать человека шанса", и я воспользовался им в отношении мсье
Лемуана, не отрицая его обвинения. Но все-таки, боюсь, его ждет разочарование. Дело в том, что я всегда считал, что надо
уметь не раскрываться до конца. Предполагая, что здесь могут возникнуть некоторые затруднения, я принял меры
предосторожности и захватил с собой одну улику. Она, а вернее - он, находится наверху.
- Наверху? - повторил лорд Катерхэм, весьма заинтересованный.
- Да. Он, бедняга, многое пережил за последние дни. Ему кто-то набил на голове здоровенную шишку, и мне пришлось о
нем позаботиться.
Неожиданно вмешался низкий голос мистера Айзекстайна:
- Мы можем догадаться, кто он?
- Попробуйте, если хотите, - ответил Энтони, - но... Рассвирепев, Лемуан прервал его:
- Вы нас просто дурачите! Вы решили меня снова перехитрить. Может быть, вас не было в Америке, как вы говорите, - вы
слишком умны, чтобы утверждать заведомую ложь, - но есть кое-что еще. Ведь есть убийство! Да, убийство князя Михаила.
Он-то, видимо, помешал вам в ту ночь, когда вы искали сокровище.
- Лемуан! Разве вы знаете хотя бы один случай, когда король Виктор пошел на убийство? - резко спросил Энтони. - Уж
вам-то лучше, чем мне, известно, что он никогда не проливал крови.
- Но тогда скажите мне, кто же, если не он, убил князя? - вскричал Лемуан.
Слова замерли у него на губах, так как в это мгновение снаружи, с террасы, послышался пронзительный свист. Энтони
вскочил, моментально утратив свое внешнее безразличие.
- Вы спрашиваете, кто убил князя Михаила? - воскликнул он. - Я вам не скажу, а покажу. Этот свист был сигналом,
которого я