на этот раз ничего особенного я не совершил. Просто вытащил этого парня из реки. Как большинство старателей, он
не умел плавать.
- Постой-ка! Имеет ли это хоть какое-нибудь отношение ко всему остальному?
- Никакого. Хотя, как ни странно, сейчас я вспомнил, что этот парень был герцословак. Но мы звали его Педро Голландец.
Энтони безразлично кивнул:
- Давай, Джеймс, валяй дальше.
- Ну, парень этот был из тех, кто не хотел оставаться в долгу. Он привязался ко мне как собака. Полгода спустя он умер от
лихорадки. Я был рядом с ним. Последнее, что он сделал перед тем, как испустить дух, - поманил меня и прошептал на
каком-то невозможном жаргоне о тайне. Я подумал, что он говорит о золотой жиле. Он вручил мне завернутый в
промасленную бумагу, пакет, который постоянно носил при себе. Тогда я не обратил на него внимания. Но через неделю
вскрыл его. Надо признаться, мне стало любопытно. Я не верил, что у Педро Голландца хватило бы ума распознать золотую
жилу, даже если бы он и нашел ее, - но никогда ведь не знаешь, откуда свалится удача.
- И как всегда, от одной только мысли о золоте твое сердце бешено забилось, - перебил его Энтони.
- Никогда в жизни я не был так разочарован. Золотая жила! Грязная свинья! Знаешь, что там было? Письма какой-то
женщины! Да! Письма женщины, причем англичанки. Этот подлец собирался шантажировать ее - и он имел наглость
предложить мне заняться этим грязным делом!
- Джеймс, мне приятно видеть твой благородный гнев, но позволь заметить тебе, что плут - всегда плут. Ты спас ему
жизнь - и он завещал тебе выгодное дельце, нисколько не задумываясь насчет твоих высокоморальных британских устоев.
- На кой черт мне были эти письма! Сначала я решил сжечь их. Но потом подумал, что эта несчастная женщина, не зная,
что они уничтожены, постоянно будет жить как на вулкане и ожидать, что в один прекрасный день этот парень заявится к
ней.
- Джимми, твое воображение значительно сильнее, чем я предполагал, - закуривая, заключил Энтони. - Похоже, что это
дело несколько сложнее, чем первое. А что, если послать их почтой?
- Как все женщины, она не ставила на письмах ни дат, ни адресов. На одном, правда, есть нечто вроде адреса - всего одно
слово: "Чимниз".
Энтони застыл с горящей спичкой в руках и, обжегши пальцы, резко бросил ее на пол.
- Чимниз?! - спросил он. - Ничего себе! - Ты знаешь, что это такое?
- Милый мой, это один из самых аристократических домов Англии. Короли и королевы проводят там свои уик-энды, а
дипломаты устраивают свои дела.
- Вот почему я доволен, что в Англию вместо меня отправляешься ты. Тебе все это знакомо, - просто сказал Джимми. - А
вышедший из канадских лесов невежа, вроде меня, наделал бы там кучу глупостей. Но такой человек, как ты, имеющий за
плечами Итон и Харроу...
- Только один из них, - скромно заметил Энтони.
- ...Такому человеку все это нипочем. Ты спрашиваешь, почему я не пошлю письма почтой? Мне представляется это
опасным. Насколько я понял, муж у нее очень ревнив. Что, если по ошибке письма попадут к нему? Что будет с бедной леди?
А может, она умерла? Письма выглядят так, словно их писали довольно давно. Думается, единственный путь - это доставить
их в Англию и отдать ей в руки.
Энтони бросил сигарету и, подойдя к другу, с чувством хлопнул его по плечу.
- Джимми, ты настоящий рыцарь! - сказал он. - И канадские леса могут гордиться тобой! Ты справился бы с этим намного
лучше меня.
- Так ты передашь их?
- Конечно!
Макграт встал, подойдя к буфету, вынул из ящика связку писем и бросил их на стол.
- Вот они. Ты бы прочел их.
- Это необходимо? Мне вообще-то не хочется.
- Учитывая то, что ты сказал о Чимнизе, она могла только гостить там. Лучше нам просмотреть письма, может, удастся
понять, где ее искать.