тела еще не нашли. Иначе что-нибудь появилось бы об этом в
утренних газетах. И потом, что бы там ни писали в детективных романах, доктора вовсе не такие волшебники, чтобы точно
установить, сколько часов прошло с момента смерти. Время убийства останется довольно неопределенным. Сейчас для меня
гораздо нужнее алиби на вчерашнюю ночь.
- Я знаю. Лорд Катерхэм говорил мне об этом. Но, кажется, человек из Скотланд-Ярда вполне убежден в вашей
невиновности?
Энтони медлил с ответом.
- Он не кажется особенно проницательным, - продолжала Вирджиния.
- Не знаю, не знаю, - медленно произнес Энтони. - У меня сложилось впечатление, что инспектора Баттла не проведешь.
Он делает вид, что убежден в моей невиновности, но я сомневаюсь в его искренности. Сейчас он озадачен видимым
отсутствием у меня мотивов убийства.
- Видимым?! - воскликнула Вирджиния. - Но какие у вас могут быть причины убивать какого-то иностранного князя?
Энтони бросил на нее острый взгляд.
- Вы ведь были когда-то в Герцословакии? - спросил он.
- Да, я провела там два года с моим мужем. В посольстве.
- Это было как раз перед убийством короля и королевы. Вы встречались с князем Михаилом Оболовичем?
- Князем Михаилом? Конечно. Бедняга! Он предлагал мне морганатический брак.
- В самом деле? А как он думал поступить с вашим мужем?
- Как Давид с Урией.
- И как вы отнеслись к этому любезному предложению?
- К несчастью, - ответила Вирджиния, - приходилось быть дипломатичной. Поэтому бедняга князь Михаил не получил по
физиономии. Просто убрался ни с чем. Почему вы интересуетесь князем Михаилом?
- Потому что я, кажется, кое о чем догадываюсь. Вы ведь не видели убитого?
- Нет... Как пишут в книгах, он отправился в свои апартаменты немедленно по прибытии.
- Вы могли бы посмотреть на него?
- Ну, если прибегнуть к связям в высших сферах - я имею в виду лорда Катерхэма - думаю, это можно устроить. А зачем?
Это что, приказ?
- Да нет же, о Господи, - ответил Энтони, поморщившись. - Дело в том, что под именем графа Станислава скрывался
князь Михаил Герцословацкий.
Глаза Вирджинии широко раскрылись.
- Понятно. - Внезапно на ее лице появилась очаровательная улыбка. - Я надеюсь, вы не думаете, что Михаил поспешил в
свою комнату, чтобы избежать встречи со мной.
- Что-то в этом роде, - признался Энтони. - Видите ли, если я прав в том, что кто-то хотел предотвратить ваш приезд в
Чимниз, то причина заключается в вашем знании Герцословакии. Вы отдаете себе отчет в том, что здесь вы - единственный
человек, знающий князя Михаила в лицо?
- Вы имеете в виду, что убитый - самозванец? - резко спросила Вирджиния.
- Эта возможность приходила мне в голову. Если вы заставите лорда Катерхэма показать вам тело, кое-что прояснится.
- Его застрелили в 11.45, - задумчиво произнесла Вирджиния. - Как раз то время, что было на клочке бумаги. Все в этой
истории ужасно загадочно.
- Да, кстати. Которое из окон ваше? Второе от угла - над залом заседаний?
- Нет, моя комната в елизаветинском крыле, с другой стороны. Почему вы спрашиваете?
- Когда я уходил отсюда прошлой ночью, после того как мне показалось, что я услышал выстрел, в том окне зажегся свет.
- Странно! Я не знаю, чья это комната, но можно спросить у Бандл. Возможно, там тоже слышали выстрел.
- Даже если и так, они не сообщили об этом. Я знаю от Баттла, что в доме никто не слышал выстрела. Это окно -
единственный ключ к пониманию происшедшего, который я обнаружил. Боюсь, он почти ничего не дает, но я все же
постараюсь что-нибудь с его помощью извлечь.
- Все это очень любопытно, - задумчиво сказала Вирджиния.
Они дошли до пристани и остановились.
- А теперь, - сказал Энтони, - остается взять лодку и покататься по озеру под надзором всевидящих глаз