мисс Паккард.
- Как бы не так. Уж вам бы следовало знать, что все равно выйдет по-моему.
- Вы, вроде, в отличной форме, тетушка Ада, - проговорил мистер Бересфорд. - Настроены по-боевому, я бы сказал.
- Я вас раскусила, не беспокойтесь. С чего это вы заявляете, будто вы мой племянник? Как, говорите, ваше имя? Томас?
- Да, Томас, или Томми.
- Сроду о вас не слыхала, - продолжала тетушка Ада. - У меня был всего один племянник, а звали его Уильям. Его убило
в последнюю войну. Оно и к лучшему. Останься он жить, из него бы ничего не вышло. Я устала, - заявила вдруг тетя Ада,
откидываясь на подушки и поворачивая голову к мисс Паккард. - Уведите их. Вы не должны допускать ко мне посторонних.
- Я полагала, короткое посещение взбодрит вас, - совершенно невозмутимо отвечала мисс Паккард.
Тетушка Ада издала басовитый звук, свидетельствующий о безудержном веселье.
- Ну что ж, - бодро заговорила Таппенс, - мы уходим. Я оставлю вам розы. Может, вы еще передумаете. Пошли, Томми, -
и Таппенс повернулась к двери.
- Ну, до свидания, тетушка Ада. Жаль, конечно, что вы не помните меня.
Тетушка Ада молчала. Таппенс и мисс Паккард направились к двери. Томми двинулся за ними.
- Вернись, ты, - повысив голос, сказала тетушка Ада. - Я отлично тебя знаю. Ты Томас. Ты когда-то, был красноволосый.
Морковка - вот какого цвета были у тебя волосы. Вернись. С тобой еще поговорю, а эта баба мне тут не нужна. И зачем
делать вид, будто она твоя Жена, - уж мне ли не знать? Тебе бы не следовало приводить сюда такую женщину. Поди посиди
вот в этом кресле и расскажи мне о своей дорогой маме. А ты уходи, - добавила тетя Ада, как бы вспомнив о Таппенс,
которая мялась в дверях, и махнула рукой.
Таппенс тут же удалилась.
- Это у нее бывает, - невозмутимо сказала мисс Паккард, когда они спускались по лестнице. - Иногда, вы знаете, она
может быть очень обходительной. Вы вряд ли этому поверите.
Томми сел в кресло, указанное ему тетушкой Адой, и кротко заметил, что о матери он почти ничего не может рассказать,
поскольку та умерла почти сорок лет назад. Это заявление совершенно не тронуло тетушку Аду.
- Подумать только, - сказала она. - Неужто так давно? Ну время прямо летит. - Она оглядела его задумчивым взглядом. -
Почему ты не женишься? - спросила она. - Подыщи себе какую-нибудь милую толковую женщину, которая бы за тобой
ухаживала. Ты же стареешь. Да и нужды не будет связываться со всеми этими блудницами и таскать их сюда под видом
своих жен.
- Похоже, в следующий раз мне придется заставить Таппенс прихватить с собой брачное свидетельство.
- Ах, значит, ты сделал из нее честную женщину? - спросила тетушка Ада.
- Мы женаты тридцать с лишним лет, - сказал Томми, - и у нас есть сын и дочь, и они оба тоже состоят в браке.
- Беда в том, - искусно вывернулась тетушка Ада, - что никто мне ничего не говорит. Если бы ты исправно держал меня в
курсе дел...
Томми не стал спорить. Таппенс однажды дала ему серьезный наказ: "Если кто-то в возрасте старше шестидесяти пяти
лет находит у тебя недостатки, - сказала она, - никогда не спорь. Никогда не пытайся отстаивать свою правоту. Сразу же
извинись и скажи, что ты виноват и очень сожалеешь, и больше никогда этого не сделаешь".
В этот самый момент Томми вдруг осенило, что именно этой линии поведения и надо придерживаться с тетушкой Адой.
- Весьма сожалею, тетушка Ада, - сказал он. - Боюсь, что со временем люди становятся забывчивыми. Не у каждого же, -
не моргнув глазом, продолжал он, - такая удивительная память, как у вас.
Тетушка Ада самодовольно ухмыльнулась. Другого слова тут просто не подобрать.
- Тут ты прав, - согласилась она. - Прости, если я приняла тебя несколько грубо, но я не люблю, когда мне навязываются.
В этом доме никогда ни в чем нельзя быть уверенным.