сказала Таппенс, - это интересно. Бедный мальчуган.
- О, он был не очень маленький. Учился где - то в школе, кажется. Ему, должно быть, было 13 или 14.
- Как печально, - проговорила Таппенс и затем добавила, - Боже, я совсем опаздываю, надо бежать.
- Думаю, миссис Гриффин сможет вам кое - что рассказать. Я не имею в виду то, что она помнит сама, но она выросла
здесь и многое слышала, и иногда она может много рассказать о семьях, которые жили здесь раньше. Некоторые истории
прямо скандальные - знаете, шашни и все прочее. Это происходило, конечно, в, как рни называются, эдвардианские и
викторианские времена. Не знаю точно, в какие. Думаю, в викторианские, потому что старая королева тогда была еще жива.
Значит, викторианские. Они называют их эдвардианскими и еще говорят о чем - то под названием "клан Марлборо Хауса".
Это что - то вроде высшего общества, да?
- Да, - сказала Таппенс, - да. Высшее общество.
- И всякие шашни, - с некоторой горячностью добавила Биэтрис.
- Очень много шашней, - подтвердила Таппенс.
- Молоденькие девушки, занимающиеся не тем, чем надо, - сказала Биэтрис, не желающая прерывать разговор как раз
тогда, когда они коснулись пикантной темы.
- Нет, - сказала Таппенс. - Если не ошибаюсь, девушки вели очень - ну, строгую и чистую жизнь и выходили замуж
молодыми, чаще всего за аристократов.
- Надо же, - сказала Биэтрис, - как мило. Шикарная одежда, наверное, скачки, танцы, балы.
- Да, - подтвердила Таппенс, - много балов.
- У меня была знакомая, бабушка которой работала горничной в одном из этих шикарных домов, знаете, в который они
все приезжали, и принц уэльский - он тогда был принцем уэйлским, знаете, а потом стал Эдвардом VII - так вот, он был там
и он был очень мил. Со всеми слугами, со всеми. И когда она уходила, она взяла мыло, которым он мыл себе руки, и хранила
его. Как - то она показывала его нам, когда мы были детьми.
- Как увлекательно, - сказала Таппенс. - Интересные, наверное, были времена. Может быть, он приезжал и в "Лавры"
тоже.
- Ничего такого я не слышала, а уж наверняка услышала бы, если бы так было. Нет, здесь жили только Паркинсоны.
Никаких графинь, маркиз, лордов и леди. Паркинсоны, кажется, занимались торговлей. Богатые, знаете, и все такое, но все
равно, в торговле нет ничего увлекательного, верно?
- Это как сказать. - Таппенс добавила:
- Мне...
- Да, вам, верно, уже пора, мэм.
- Да. Ну что ж, спасибо тебе. Думаю, мне не стоит надевать шляпку. У меня уже растрепались волосы.
- Это вы сунули голову в угол с паутиной. Я протру там, на тот случай, если вы еще туда полезете.
Таппенс сбежала вниз по ступенькам.
- Александр сбегал по этим ступенькам, - сказала она. - Много раз, наверное. И он знал, что это сделал "один из них". Да,
теперь эта история интересует меня еще больше, чем прежде.

Глава 8
МИССИС ГРИФФИН

- Я так рада, что вы и ваш супруг приехали жить сюда, миссис Бересфорд, - произнесла миссис Гриффин, наливая чай. -
Сахар? Молоко?
Она пододвинула к ней блюдо с сэндвичами, и Таппенс взяла один.
- Совсем другое дело, когда твои деревенские соседи - приятные люди, с которыми легко найти общий язык. Вы раньше
бывали в наших краях?
- Нет, - ответила Таппенс, - никогда. Нам, как вы понимаете, предлагали достаточно много домов, агенты присылали нам
их описания. Конечно, большинство из них были просто ужасны. Один назывался "Воплощение старомодного очарования".
- О, да, - сказала Гриффин, - понимаю. Старомодное очарование обычно означает, что надо ставить новую крышу и в
доме невероятно сыро. А "снабженный всеми современными удобствами" - ну, это тоже известно. Масса бесполезных
приспособлений, безобразный вид из окна, да и сами дома зачастую просто ужас. Но "Лавру" - очаровательный дом. Хотя, я
думаю,